Франсиско Гойя

Франси́ско Хосе́ де Го́йя-и-Лусье́нтес (исп. Francisco José de Goya y Lucientes; 30 марта 1746, Фуэндетодос, близ Сарагосы — 16 апреля 1828, Бордо) — испанский живописец и график, один из первых и наиболее ярких художников эпохи романтизма.

Ранняя биография

Рождение и молодость в Испании

Франсиско Гойя Лусьентес родился в 1746 году в Сарагосе, столице Арагона, в семье среднего достатка. Его отец — Хосе Гойя. Мать — Грасиа Лусьентес, дочь бедного арагонского идальго. Через несколько месяцев после рождения Франсиско семья переехала в деревеньку Фуендетодос, находившуюся в 40 км к югу от Сарагосы, где они и прожили до 1749 года (по другим сведениям — до 1760-го), пока ремонтировался их городской дом. Франсиско был младшим из трёх братьев: Камилло, старший, стал впоследствии священником; средний, Томас, пошёл по стопам отца. Хосе Гойя был известным мастером по золочению, которому даже каноники собора Базилика-де-Нуэстра-Сеньора-дель-Пилар поручают проверку качества позолоты всех изваяний, над которыми тогда трудились арагонские мастера, реконструировавшие собор. Образование все братья получили довольно поверхностное, Франсиско Гойя всю жизнь писал с ошибками. В Сарагосе юный Франсиско был отдан в мастерскую художника Лусана-и-Мартинеса. В конце 1763 года Франсиско принял участие в конкурсе на лучшую живописную копию гипсового Силена, но 15 января 1764 года за него не подали ни одного голоса. Гойя ненавидел слепки, он признался в этом намного позже. В 1766 году Гойя попадал в Мадрид, и там его ждал новый провал на конкурсе в Академии Сан-Фернандо. Сюжеты для конкурсных работ связаны с великодушием короля Альфонсо X Мудрого и подвигами национальных героев-воинов XVI века. Эти сюжеты не вдохновляли Гойю. Ко всему прочему, Франсиско Байеу, другой молодой живописец из Сарагосы и член жюри конкурса, являлся сторонником взвешенных форм и академической живописи, не признававшим фантазии молодого Гойи. Первую же премию получил младший брат Байеу, 20-летний Рамон. В Мадриде Гойя познакомился с работами придворных художников, совершенствовал своё мастерство.

Путешествие в Италию

Жизнь Франсиско в Риме Между июлем 1766 года и апрелем 1771 года остаётся загадкой. Согласно статье русского искусствоведа А. И. Сомова, в Италии художник «занимался не столько живописными работами и копированием итальянских мастеров, сколько наглядным изучением их средств и манеры». Весной 1771 года он участвовал в конкурсе Пармской академии на картину по античной теме, называя себя римлянином и учеником Байеу. Правящим принцем Пармы в то время являлся Филипп Бурбон-Парм, брат испанского короля Карла III. 27 июня единственная премия была присвоена Паоло Борони за «тонкий изящный колорит», тогда как Гойю упрекали за «резкие тона», при этом признавая «грандиозный характер выписанной им фигуры Ганнибала». Он удостоился второй премии Пармской Академии художеств, получив 6 голосов.

Возвращение и работа в Сарагосе

Капитул церкви дель-Пилар обратил внимание на молодого художника, возможно из-за его пребывания в Риме, и Гойя вернулся в Сарагосу. Ему было предложено выполнить эскизы для плафона капеллы архитектора Вентуры Родригеса на тему «Поклонение имени Бога». В начале ноября 1771 года капитул одобрил предложенную Гойей пробную фреску и поручил ему заказ. Тем более, что новичок Гойя согласился на сумму 15 000 реалов, в то время как более опытный Антонио Гонсалес Веласкес запрашивал 25 000 реалов за ту же работу. 1 июля 1772 года Гойя закончил роспись, его работа вызвала у капитула восхищение ещё на стадии представления эскиза.

В результате Гойя был приглашён расписать ораторий дворца Собрадиэль, ему также стал покровительствовать знатный арагонец Рамон Пиньятелли, чей портрет он впоследствии написал в 1791 году. Благодаря Мануэлю Байеу, Франсиско был приглашён в картезианский монастырь Аула Деи, вблизи Сарагосы, где он в течение двух лет (1772—1774 годах) создал 11 больших композиций на темы из жизни Св. Девы Марии. Сохранились только семь из них, но, к сожалению, они испорчены реставрационными работами[какими?]. Франсиско Байеу познакомил Гойю со своей сестрой Хосефой, от которой тот был в восторге и вскоре соблазнил её. В июле 1773 году Гойе пришлось жениться на ней, когда она была на пятом месяце беременности. Свадьба состоялась в Мадриде. Ему в это время — 27 лет, а Хосефе — 26 лет. Свою жену Франсиско называл «Пепой». Через четыре месяца родился мальчик, которого назвали Эусебио, он прожил недолго и вскоре умер. Всего Хосефа родила пять (по разным данным и больше) детей, из которых выжил лишь один мальчик по имени Хавьер — Франсиско Хавьер Педро (1784—1854) — который стал художником. Как только Гойе стали доступны встречи с придворными аристократками, Хосефа была тут же им практически забыта, хотя Гойя оставался с ней в браке вплоть до её смерти в 1812 году. Гойя написал только один её портрет.

Гойя в Мадриде (1775—1792)

В 1775 году Гойя окончательно обосновался в Мадриде у своего шурина Франсиско Байеу, и работал у него в мастерской. Байеу был тогда официальным придворным художником короля Карла III. Первым придворным заказом Гойи в 1775 году стали картоны для серии шпалер для столовой принца Астурийского, в будущем Карла IV, во дворце Эскориал. В них представлены охотничьи сцены, охотой же увлекался и сам Гойя. Франсиско создал 5 композиций и получил за них 8000 реалов. Для Королевской шпалерной мануфактуры в 1776—1778 годах Гойя выполнил следующую серию панно для столовой принца Астурийского уже во дворце Пардо, среди них выделяются «Танец на берегу Мансанареса», «Драка в харчевне», «Маха и маски», «Запуск змея» и «Зонтик». В 1778 году Франсиско получил разрешение на гравирование картин Диего Веласкеса, перевезённых только что в Королевский дворец в Мадриде. В течение двух лет (1778—1780) Гойя создал 7 картонов для шпалер в опочивальню принца и его жены и 13 — в их гостиные. Среди этих работ выделяются «Прачки», «Продавец посуды», «Врач» или «Мяч». Тема испанской народной жизни считалась совершенно новой и импонировала заказчикам. В том числе мода на такую тематику поспособствовала дебюту Гойе при дворе: в начале 1779 года он не без успеха представил королю 4 свои картины. Через некоторое время Гойя уже попросил место придворного художника, но ему было отказано. Его не поддержал его шурин Франсиско Байеу, не желающий делить с ним место первого живописца короля. Сам же Гойя к тому времени создал себе капитал в 100 000 реалов. В мае 1780 года из-за приостановки изготовления шпалер на королевской мануфактуре освободившийся Гойя заключил контракт на роспись купола собора дель Пилар за 60 000 реалов. Работал Гойя быстро и под руководством Байеу. Между двумя художниками возник конфликт, в который был втянут и капитул собора: Гойя отказался вносить требуемые своим руководителем поправки в работу. В результате он всё же их внёс, но из-за этой обиды на шурина и арагонское духовенство долгое время потом не появлялся в родной Сарагосе. В июле 1781 года Гойя наряду с Франсиско Байеу и Маэлья работал по украшению церкви св. Франциска Великого в Мадриде. Он написал «Проповедь св. Бернардина Сиенского в присутствии Арагонского короля». После мессы в присутствии короля Гойя принял поздравления. На этой работе Гойя изобразил себя с сияющим лицом слева от святого, это изображение он повторил и в последующем автопортрете. Гойя всё чаще писал портреты; так в январе 1783 года ему заказали портрет графа Флоридабланки. В 1783 и 1784 годах он бывал в Аренас-де-Сан-Педро, выполняя заказы и изображая младшего брата короля инфанта дона Луиса, его молодой жены Марии Тересы Вальябрига и их архитектора Вентуры Родригеса. В октябре 1784 года он получил от инфанта 30 000 реалов за 2 картины: «Конный портрет доньи Вальябрига» и «Семейство дона Луиса». В том же году он написал 4 картины для Коллегии де Калатравы в Саламанке, уничтоженные во время Наполеоновских войн. В 1785 году Гойя познакомился с семьёй маркиза де Пеньяфьель, которые стали его постоянными заказчиками на 30 лет. Гойя стал вице-директором Королевской Академии с 1785 года, а с 1795 года — директором её живописного отделения. В том же году умерла его мать (отец скончался в 1781 году). В 1786 году Гойя был назначен королевским художником, в это же время он написал портрет своего шурина, что может свидетельствовать о примирении с ним после такого назначения. На новой должности Гойя продолжал создавать картоны для шпалер, и летом 1786 года ему поступил заказ на новую серию для королевской столовой во дворце Пардо. Из этой серии выделяются «Весна» (или «Цветочницы»), «Лето» (или «Жатва») и «Зима» (или «Снежная буря»). Для банка св. Карла Гойя написал реалистичные портреты графа Альтамира и короля Карла III.

В апреле 1787 года Франсиско передал в Аламеду 7 своих картин для украшения Малого дворца, резиденции герцога Осуна. К празднику св. Анны он выполнил за короткий срок 3 полотна для алтарей монастыря Санта-Ана де Вальядолид в несвойственной ему неоклассической манере (сюжеты смерти святых Иосифа, Бернарда и Лутгарды). В 1788 году Гойя создал 2 картины для поминальной капеллы в Кафедральном соборе Валенсии по заказу герцога Осуна: «Прощание св. Франсиско де Борха со своим семейством» и «Св. Франсиско, ухаживающий за умирающим», в последней Гойя впервые изобразил дьявола. В том же году он написал знаменитую панораму Мадрида при закате майского солнца в полотне «Луг у Сан-Исидро». Также Гойя написал портреты графини Альтамиры, её дочери, её сыновей графа де Трастамаре и трёхлетнего Мануэля Осорио, кроме того создал «Портрет семейства герцога и герцогини Осуна» в реалистической манере.

После смерти Карла III в 1789 году Гойя стал придворным художником Карла IV и с 1799 года — его первым живописцем. После назначения он написал ряд невыразительных портретов короля и его супруги. У двора, напряжённо следившего за событиями Французской революции, пропал интерес к украшению дворцов — и теперь у Гойи не было заказов на картоны для шпалер. На просвещённых испанцев начались гонения: ряд его друзей подверглись аресту или фактически находились в ссылке. Самого же Гойю в июле 1790 года отправили в Валенсию «подышать морским воздухом». Но уже в октябре Гойя написал в Сарагосе портрет своего друга Мартина Сапатера, одинокого и богатого негоцианта, с которым Франсиско состоял в регулярной переписке с 1775 по 1801 год. По возвращении в Мадрид Гойя столкнулся с интригами придворного живописца Маэльи, лишь вмешательство Байеу помогло положению Франсиско при дворе. В мае 1791 года он закончил эскиз к самому большому картону для шпалеры в кабинет короля в Эскориале, к «Деревенской свадьбе». По требованию короля картина была социально нейтральной, в отличие от ранее написанного «Паяца». В октябре Гойя вновь оказался в Сарагосе, где создал портрет каноника Рамона Пиньятелли, известный лишь в копии. В декабре того же года он закончил 7 панно для шпалер, ставшие последними его картинами. Из-за отсутствия королевских и частных заказов и почти прекратившейся переписки с Сапатером судьба Гойи в 1792 году остаётся малоизвестной.

Болезнь и творчество в 1793—1799 годы

Из писем Гойи известно, что в начале 1793 года он был тяжело болен. В это время Гойя нашёл приют в Кадисе у местного торговца и коллекционера Себастьена Мартинеса, чей портрет он создал. Гойю разбил паралич, но точно диагностировать болезнь художника долго не удавалось. Только в 2017 году американские учёные установили, что художник страдал синдромом Сусака. В любом случае, неизлечимая глухота Гойи стала следствием перенесённого недуга. Летом того же года он возвратился в Мадрид и тут же послал Бернардо де Ириарте, вице-попечителю Академии Сан-Фернандо, серию станковых картин на медных пластинах на народную тематику. Из-за войны с Францией Гойя получил заказ на портреты видных командиров испанской армии: Антонио Рикардоса и лейтенант-генерала Феликса Колона де Ларреатега, а также родственника Ховельяноса, Рамона Посадо-и-Сото. Также в 1794 году он написал портрет знакомой актрис